ДОКАЗАТЕЛЬСТВА БЫТИЯ БОГА

(God, Arguments for the Existence of)• Доказательства бытия Бога представляют собой одну из наиболее смелых попыток человеческого разума вырваться за пределы мира и чувственно воспринимаемой и феноменальной сферы. Для философии вопрос о бытии Бога обладает первостепенной важностью. Он затрагивает человеческую жизнь в целом (при этом человек рассматривается либо как существо, занимающее высшую ступень в иерархии прочих живых существ, населяющих вселенную, либо предполагается, что над ним стоит верховное существо, по отношению к крому он должен проявлять послушание или оказывать сопротивление). Бытие Бога можно доказывать тремя путями. Вопервых, доказательство a priori, смысл крого заключается в еледующем: понятие Бога содержит представление о столь совершенном существе, что невозможно мыслить Его иначе, как существующим. Вовторых, доказательство a posteriori, когда, исходя из наблюдаемого эмпирического мира, делают вывод о том, что без Бога не объяснимы некрые свойства космоса. Втретьих, возможен экзистенциальный подход к доказательству бытия Бога, когда исходят из того, что на Его бытие указывает непосредственный опыт, крый дан как личное откровение. Последний подход нельзя назвать доказательством в строгом смысле слова, ибо то, что дано в непосредственном опыте, не нуждается в к.л. доказательствах. Доказательство a priori. Именно на нем основано знаменитое онтологическое доказательство Ансельма Кентерберийского, хотя в общих чертах такое доказательство намечено у Августина. Оно, прежде всего, определяет Бога как бесконечного, совершенного и необходимого. Ансельм полагал, что Бога невозможно представить себе иначе, чем "такое бытие, выше которого нельзя помыслить ничего прочего". Даже глупцу понятно, что он подразумевает под словом "Бог", когда говорит: "нет Бога" (Пс 14:1). Но если бы самое совершенное существо обладало бытием лишь в мысли, а не в реальности, то оно не было бы самым совершенным, поскольку обладающее реальным бытием более совершенно. Отсюда Ансельм делает вывод: "Ни один человек, уразумевший, что такое Бог, не может помыслить Его небытия ". Иными словами, было бы противоречием, если бы мы сказали: "Я могу помыслить совершенное существо, которое не существует". Ансельм полагал, что понятие совершенства должно включать в себя понятие существования. Нелепо утверждать: "Я могу помыслить нечто более великое и совершенное, чем то, совершеннее чего я не могу помыслить". У онтологического доказательства долгая и бурная история. Его принимали многие выдающиеся умы Зап. Европы, причем многие из них были математиками, как Декарт, Спиноза и Лейбниц. Тем не менее с ним не согласны те, кто разделяет критическую установку Кантовой философии. Кант убедительно доказывал, что "безусловная необходимость суждений не есть абсолютная необходимость вещей". Действительно, поскольку "бытие не реальный предикат ", то суждение может быть необходимым, не имея никакого отношения к реальности. Доказательство a posteriori. Оно пользуется большей популярностью, поскольку исходит из практически ориентированного здравого смысла. Онтологическое доказательство не нуждается ни в каком чувственном материале, а космологическое и телеологическое доказательства требуют вдумчивого отношения к миру. Первое исходит из понятия о причине вселенной, второе подчеркивает ее целесообразность. Космологическое доказательство. Существует несколько видов этого доказательства. Самые ранние из известных нам в истории философии обнаруживаются у Платона ("Законы", кн. X) и Аристотеля (" Метафизика ", кн. VIII) и связаны с необходимостью объяснить причину движения. Исходя из того, что покой естественное состояние вещей, а движение неестественное, эти мыслители пришли к понятию о Боге как необходимом Перводвигателе всех вещей. Фома Аквинский тоже обращался к проблеме движения для своего первого доказательства ("Сумма теологии", вопр. 2, ст. 3). Все движущееся приводится в движение чемлибо другим. Такой ряд не может продолжаться до бесконечности (это ключевое положение). Поэтому мы с необходимостью приходим к понятию первого двигателя, а это, заключает Фома Аквинский, "есть Бог, как всякий может уразуметь". Для современного человека, знакомого с научным подходом к объяснению мира, это доказательство утратило свою убедительность, поскольку, согласно принципу инерции, мы считаем естественным движение, а не покой. К-ром е того, многие философы не видят никакого противоречия в понятии бесконечного ряда двигателей и полагают вполне возможным такое положение вещей. Наиболее интересный и убедительный вид космологического доказательства предложенный Фомой Аквинским "третий путь" (всего их пять). Он связан с осмыслением случайности. Сила этого доказательства в том, что здесь используется и понятие постоянства, и понятие изменения. Эпикур сформулировал эту метафизическую проблему задолго до него: " Нечто с очевидностью существует здесь и теперь и никогда не возникает из ничего". Бытие поэтому не имеет начала. Т.о., есть безначальное вечное Нечто, что должны признавать все теисты, атеисты и агностики. Физическая вселенная не может быть им, ибо все в ней изменчиво, непостоянно и тленно. Если все наличные вещи или события, существование или проявление крых случайно, обусловлены другой случайной вещью или другим событием, и так до бесконечности, то мы не сможем адекватно объяснить что бы то ни было. Поэтому сама возможность существования "случайных" вещей во вселенной требует, чтобы была по крайней мереодна неслучайная "вещь", края необходима и самодостаточна вопреки всем изменениям. Здесь "необходимость" присуща не суждению, но вещи, края бесконечна, вечна, всегда существует, служит себе причиной и самосуща. Мы не сможем разрешить проблему случайного бытия с помощью представления о бесконечно длящемся времени. Какова бы ни была его продолжительность, зависимое бытие остается зависимым и обусловленным чем-то другим, помимо него самого. Все случайное, пребывающее в потоке бесконечно длящегося времени, в какойто момент исчезнет. Если был момент, когда ничего не существовало, то вполне возможно, что ничего и не будет. Выбрать можно одно из двух: либо это самодостаточный и самосущий Бог, либо самодостаточная и самосущая вселенная. Но на основании того, как ведет себя наша вселенная, невозможно сделать вывод о ее самодостаточности. Согласно второму закону термодинамики она постепенно останавливается, подобно однажды заведенным часам, или, точнее, остывает, как огромная печка. Энергия постоянно рассеивается и растрачивается, обнаруживая тенденцию к распространению по всей вселенной. Еели этот процесс будет продолжаться в течение еще нескольких миллиардов лет а ученые не видят никаких путей возможного восстановления растраченной энергии, то возникнет состояние термического равновесия, "тепловой смерти!", когда уровень энергии во вселенной настолько снизится, что угаснет всякая физическая активность. Натуралисты от Лукреция до Сэйгана полагали, что нет необходимости предполагать существование Бога, поскольку природа самоочевидна, объясняет самое себя и пребывает вечно. Но этот взгляд оказался несостоятельным ввиду второго закона термодинамики и представления о необратимости энтропии. Если вселенная "останавливается" или "остывает", то она не могла пребывать в этом состоянии всегда. У нее должно было быть начало. Обычно космологическое доказательство вызывает такое возражение: "Хорошо, Бог сотворил вселенную, а кто сотворил Бога? " Если считать, что мир имеет причину, не должны ли мы распространить это и на Бога? Нет. Бог есть необходимое бытие а это непреложная истина, если мы согласны с доказательством, и потому нет никакой необходимости вопрошать об источниках Его бытия, как нет никакого смысла в вопросах "Кто создал несозданное?" или "Какова причина бытия, не имеющего причины? ". Существует и более обоснованное возражение: способ доказательства основан на том, что мы некритически приняли "принцип достаточного основания", т.е. решили, чтоу всякогособытия есть причина. Если не принять этого принципа, космологическое доказательство теряет всякую убедительность. Юм утверждал, что причинность не метафизический принцип, а психологический, и ее источник в нашей склонности предполагать необходимые связи между событиями, тогда как в действительности мы наблюдаем лишь их смежность и последовательность. Кант поддержал Юма, утверждая, что причинность это категория, встроенная в наш рассудок наряду со многими другими, с помощью крых мы упорядочиваем наш опыт. Сартр считал вселенную "беспричинной". Б. Рассел был убежден, что вопрос о происхождении всего сущего лишен смысла, это набор слов, не имеющих значения, и мы должны удовлетворяться констатацией: вселенная " просто вот это ". Принцип причинности обосновать нелегко. Это одно из тех фундаментальных положений, крые необходимы для построения картины мира. Если мы отвергнем закон достаточного основания, мы разрушим не только метафизику, но и науку. Отрицая причинность, мы тем самым отрицаем большую часть нашего знания, ибо без этого принципа невозможна целесообразная деятельность познающего разума. Поэтому вопрос о причине существования вселенной в целом никак нельзя считать иррациональным. Телеологическое доказательство. Это одно из самых древних, популярных и разумных из всех теистических доказательств. Оно утверждает, что есть определенная аналогия между упорядоченностью и непрерывностью вселенной, с одной стороны, и изделиями человека с другой. Вольтер в упрощенной форме выразил эту мысль так: "Если часы доказывают существование часовщика, а бытие вселенной не говорит о том, что существует великий Архитектор вселенной, я просто ничего не понимаю". Никто не станет отрицать, что во вселенной угадывается замысел. Примеры целесообразного устроения можно найти повсюду. Почти везде можно обнаружить черты такого высшего бытия, к-рое показывает нам, что вселенная по своей сути доброжелательна к жизни, сознанию, личности и нашим человеческим ценностям. Сама жизнь это космическая функция, т.е. все, что есть на земле и вне земли, должно было обрести крайне сложную и тонкую организацию, прежде чем возникнет жизнь. Планета Земля должна иметь соответствующие размеры, ее вращение должно подчиняться определенным законам, а удаленность от Солнца не превышать строго отмеренного расстояния, ее наклонное положение в пространстве должно быть именно таким, чтобы времена года сменялись с неизменным постоянством, соотношение между водными массами и участками, занимаемыми сушей, должно находиться в тончайшем равновесии. Наша биологическая структура столь хрупка, что сравнительно небольшое увеличение или понижение температуры нас бы просто убило. Мы нуждаемся в свете, но не выдерживаем слишком большого количества ультрафиолетовых лучей. Нам необходимо тепло, но излишек инфракрасных лучей несет нам гибель. Земная атмосфера, словно щит, закрывает нас от бесчисленных метеоритов, движущихся с огромной скоростью. Земная кора защищает нас от нестерпимого жара, крым пышут недра нашей планеты. Кто сотворил все это, кто устроил так, что мы можем существовать на этой планете? И вновь мы оказываемся перед выбором. Или существование вселенной подчиняется определенной цели, или же все, что мы о ней знаем, возникло случайно. Космос существует либо по плану,либо по воле случая! Большинство людей испытывает врожденную неприязнь к случайности, поскольку она противоречит тому способу, посредством крого мы вообще объясняем себе что бы то ни было. Случайность не объяснение, а отказ от объяснений. Когда ученый объясняет к. л. событие, он исходит из допущения, что наша вселенная упорядочена и все в ней происходит в результате строгой последовательности причин и следствий. Тем не менее, когда натуралист сталкивается с к.л. метафизической проблемой (напр., с вопросом о причине возникновения вселенной), он немедленно отметает принцип достаточного основания и предполагает, что причина всего сущего не поддающаяся осмыслению беспричинность, случай или судьба. Предположим, вы стоите лицом к мишени и видите, что стрела, выпущенная кемто из лука (стрелка вам не видно, он за вашей спиной), попадает точно "в яблочко". Потом вы видите, как еще девять стрел, выпущенных одна за другой, попадают туда же, причем с такой точностью, что каждая следующая расщепляет древко предыдущей. При этом мы знаем, что стрела, летящая в воздухе, подвержена влиянию многих факторов, нередко противодействующих друг другу, силе гравитации,атмосферному давлению, направлению ветра. Если десять стрел подряд попадают в одно и то же место, можно ли считать, что абсолютно исключена возможность простого совпадения, чистой случайности? Скорее мы скажем, что так вышло, потому что стрелял искусный стрелок. Не может ли этот пример служить аналогией нашему вопросу о вселенной? Критика телеологического доказательства исходит из следующих соображений: даже если доказательство представляется вполне убедительным, все же оно доказывает существование не творца вселенной, а когото вроде архитектора. Если сила его интеллекта достаточно высока, чтобы создать известный нам космос, это еще не означает, что его необходимо считать всеведущим существом. Такое возражение вполне обоснованно. Не надо доказывать больше того, чем позволяет очевидность. Мы не докажем на все сто процентов бытие библейского Яхве на основании к.л. построений естественной теологии. Однако наша вселенная столь обширна и удивительна, что мы можем с уверенностью заключить: Тот, Кто ее создал, достоин почитания и преклонения. Многие полагают, что теория эволюции лишает телеологическое доказательство всякой убедительности, ибо эволюция показывает, что удивительная целесообразность, края прослеживается в строении живых организмов, возникла постепенно, в ходе их медленного приспособления к окружающей среде, а не потому что их сотворил разумный Творец. Но это неверно. Даже допуская идею эволюции, нетрудно убедиться, что она лишь исходит из представления о более длительном временном интервале, а это нисколько не противоречит идее изначальной целесообразности. Если мы удостоверимся, что часы собраны на полностью автоматизированной фабрике, без малейшего участия человека, разве мы потеряем всякий интерес к автору именно этой модели? Если часы достойны восхищения, разве не большего восхищения заслуживает фабрика, на крой их делают? К-ром е того, само существование такой фабрики подразумевает, что есть и ее создатель. Верующие люди напрасно так боятся теории эволюции. Даже величайшие критики естественной теологии, Юм и Кант, не скрывали своего восхищения телеологическим доказательством. Юм считал, что доводы, крые оно приводит, при всей их ограниченности, обладают несомненной убедительностью. Кант пишет: "Это доказательство во всяком случае заслуживает того, чтобы о нем упоминали с уважением. Это старейший, самый ясный и наиболее подходящий для обыденного человеческого разума аргумент. Против разумности и полезности этого метода мы не возражаем, скорее даже рекомендуем и поощряем его". Моральное доказательство. Это самое позднее из всех доказательств бытия Бога. Первым крупным философом, крый им воспользовался, был Кант, крый ощущал недостаточность всех прежних традиционных доказательств. Он считал, что вопросы о бытии Бога и бессмертии души по праву относятся только к сфере веры; их не должен даже касаться спекулятивный разум, законное применение крого ограничено сферой возможного опыта. Кант доказывал, что нравственный закон повелевает нам прежде всего исKATbSummum bonum ("высшее благо"), а совершенное счастье (или, как выражается Кант, "блаженство") логически отсюда вытекает. Трудности появляются, когда мы осознаем одно неприятное обстоятельство: "в моральном законе нет ни малейшего основания, чтобы усмотреть необходимую связь между нравственностью и блаженством в существе, которое принадлежит миру как его часть" ("Критика практического разума"). Поэтому единственным условием, при к-ром наш нравственный опыт обретает смысл, будет "существование причины всей природы, отличной от самой природы", т.е. Бога, Который в мире ином должным образом вознаградит нравственное поведение человека в этом мире. Во вселенной без Бога человеку пришлось бы биться над мучительной и неразрешимой загадкой бытия, и это было бы самым тяжким его страданием. П. Бергер всвоей книге "Молвасреди ангелов" предлагает интересный вариант морального доказательства, крый он называет "аргументом от проклятия". Наше безусловное нравственное осуждение таких людей, как Адольф Гитлер и Карл Эйхман, по всей видимости, выходит за пределы вкусов и нраbob; мы осуждаем их в сверхъестественном измерении. Некрые преступления не просто зло, но зло чудовищное; здесь невозможен какой бы то ни было моральный релятивизм. Вынося моральные оценки "высокого напряжения", напр. осуждая рабство и геноцид, мы подразумеваем трансцендентность моральных абсолютов. Иначе все наше морализирование будет беспочвенным и бесцельным. "Проповедующий релятивист" самое смешное из всех внутренних противоречий. Большинство современных мыслителей, прибегающих к моральному доказательству, развивает тезис Канта о том, что Бог необходимый постулат для объяснения нравственного опыта. Кант полагал, что моральный закон можно установить с помощью разума, но не смог обойтись без Бога, ибо только Бог гарантирует вознаграждение за добродетель. Современные мыслители привлекают Бога в свои построения не столько в этом качестве, сколько для того, чтобы обеспечить основание для морального закона. Моральное доказательство начинает с того, что существует нравственный опыт. Сила, края побуждает нас исполнять свой долг, может быть столь же непреодолимой, как и воздействие, оказываемое на наши чувства. Кто или что принуждает нас в том и в другом случае? Недостаточно сказать, что мы принуждены исполнять свой долг, поскольку нам очень важно мнение общества, в к-ром мы живем. Величайшие моралисты прославились именно тем, что критиковали нравственные изъяны той группы, к крой принадлежали, племени, класса, расы или нации. Еслибынравственная мотивация объяснялась социальным субъективизмом, мы не смогли бы критиковать ни рабства, ни геноцида, вообще ничего! Приверженцы эволюционной теории отвергают моральное доказательство, исходя из того, что, по их мнению, мораль продукт длительного развития и совершенствования животных инстинктов; в процессе совместной жизни люди постепенно вырабатывают свои этические системы. Однако это палка о двух концах: уничтожая нравственность, она уничтожает и разум, и научные методы познания. Сторонники этой теории убеждены, что человеческий разум развился из мозга приматов, и в то же время они считают, что на результаты его деятельности вполне можно полагаться. Но если разум имеет право на доверие, хотя он и развился из низших форм, почему бы не довериться нашей нравственной природе? Многие люди пытаются выбрать срединный путь. Они встают на позиции морального объективизма, но не хотят и слышать о трансцендентной сфере безличных моральных абсолютов. Они отрицают необходимость веры в Личность, Разум и Законодателя. Однако очень трудно вообразить " безличный разум ". Как вещь заставит нас почувствовать, что мы обязаны быть милосердными или правдивыми? Нравственный опыт получит адекватное объяснение только в том случае, если мы пройдем весь путь к Личности, БогуЗаконодателю. Вопрос об обоснованности доказательств. Насколько обоснованны все эти теистические доказательства? Такой вопрос возникает во многих областях человеческого знания в логике, в метафизике, физике и теории познания. Некрые мыслители, скажем Фома Аквинский, считают, что доказательства вполне убедительны. Другие, подобно Юму, полагают, что мы должны воздержаться от суждений и перейти на позиции скептицизма. Наконец, такие мыслители, как Паскаль и Кант, отвергают традиционные доказательства, но вместо них предлагают практические основания для того, чтобы принять бытие Бога. Знаменитое "париПаскаля" это обращение к прагматизму: ввиду вечных последствий будет разумно сделать ставку на существование Бога. По всей видимости, ап. Павел предъявлял высокие требования к доказательствам бытия Божьего, когда говорил, что у неверующих нет извинения, "так что они безответны" (Рим 1:20), "ибо, что можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им; ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира чрез рассматривание творений видимы..." (Рим 1:1920). Это не значит, что ап. Павел требовал, чтобы доказательства непременно были дедуктивными, аналитическими или демонстративными. Если бы ктото отвергал утверждение, отличающееся высокой степенью вероятности, мы, наверное, могли бы сказать, что у него " нет извинения ". Доказательства бытия Бога, все вместе, представляют очень мощное свидетельство в пользу существования Бога, хотя оно не безупречно с точки зрения логики или с позиций разума. Если мы определим доказательство как вероятное, основанное на эмпирических данных, поддающееся проверке с помощью обоснованного суждения, то мы можем сказать, что эти доказательства подтверждают бытие Бога. Если Бог действительно есть, мы имеем дело с факту ал ьным утверждением. Когда мы хотим доказать Его истинность, то нам нужна та степень очевидности, края исключила бы обоснованное сомнение. Некрые предметы могут иметь столь высокую степень вероятности, что она исключает такое сомнение, даже если нельзя доказать, что предметы эти дедуктивно, аналитически или логически неизбежны. Мы предполагаем, что доказательства бытия Бога (за исключением онтологического) именно таковы. Однако естественная теология не в силах установить, что бытие Бога, о к-ром говорит Библия, непреложный факт. Такие доказательства могут еделать человека деистом, но только благодаря откровению может он стать христианином. У разума, отвергающего откровение, всегда получится бог философов, а не Яхве, Отец Иисуса Христа. В этом легко убедиться на примере теологических построений таких мыслителей, как Аристотель, Спиноза, Вольтер иТ. Пейн. A.J. Hoover (пер. В. Р.) Библиография: J. Baillie, Our Knowledge of God; D. Burrill, The CosmologicalArgument; G.H. Clark, A Christian View of Men and Things; R.E.D. Clark, The Universe: Plan or Accident? H.H. Farmer, Towards Belief in God; R. Hazelton, On Proving God; J. Hick, The Existence of God; D. Hicks, The Philosophical Basis of Theism; A.J. Hoover, The Case for Christian Theism; S. Jaki, The Road of Science and the Ways to God; C. ?. M. Joad, God and Evil; J. Maritain, Approaches to God; E. L. Mascall, The Openness of Being; G. Mavrodes, The Rationality of Belief in God; A. Plantinga, ed., The OntologicalArgument; R.C. Sproul ,If There Is a God, Why Are There Atheists ? A. E. Taylor, Does God Exist? См. также: Откровение, общее. Богатство (христианский взгляд) (Wealth, Christian View of). Словом "богатство" принято обозначать благосостояние, связанное с внешними, а не внутренними факторами, т.е. с материальным достатком, а не с такими обстоятельствами, как здоровье или моральное удовлетворение. Человек, у крого есть сто долларов, богаче нищего, у крого есть лишь пятьдесят центов, независимо от того, насколько счастлив каждый из них. А. Смит относил слово "богатство" только к материальным ценностям, крые производит и потребляет человеческое общество. Однако любое богатство, и личное и общественное, оценивается по некоей шкале приоритетов. Любое материальное достояние имеет свою рыночную цену. Там, где рынок отсутствует, возможны лишь приблизительные оценки. К-ром е того, имеет место двойной счет: железная дорога это одно, а сумма акций железнодорожной компании это другое. После подведения дебетов и кредитов двойной счет исчезает. Личное богатство. Для христианина богатство это не априорное зло, а средство служения Богу. Не будучи наивысшей ценностью, богатство все же может служить добру. Богатство всегда можно потерять, и поэтому мы не должны уповать на него. К вещам более ценным, чем богатство, Библия относит страх Господень, мудрость, непорочность, смирение, праведность и душевный покой. Человек, обретший все это, нередко обретает и богатство (пример тому Соломон). Авраам был очень богат у него было золото, серебро и скот. Лот тоже был богатым. До начала своих несчастий Иов был богат, а впоследствии Бог дал ему вдвое больше скота и благословил труды его рук. Библия не оставляет сомнений в том, что богатство этих людей законно. Хотя богатство иногда ассоциируется с насилием и угнетением, оно может быть и даром Божьим, благословением свыше. Богатство может помочь человеку в трудной ситуации, но оно не защитит его от Божьего суда. Порою богатство мешает нам помнить о Боге и наслаждаться Его дарами. Бог доверяет нам свои богатства, и мы ответственны перед Ним за то, как мы ими распорядимся. С другой стороны, распоряжаясь этими богатствами, мы выступаем как их собственники. Для индивидуума или небольшой общины полная экономическая независимость едва ли достижима поскольку, как сказано в Быт, земля проклята. Чтобы повысить свое личное благосостояние, человек должен сотрудничать с другими людьми. Люди зависят друг от друга, и их материальное благополучие во многом определяется эффективностью сотрудничества. Исследования, проведенные в различных странах, показывают, что обычно незначительная часть населения (12%) владеет значительной долей национального богатства (2070%). Существует много мотивов к накоплению богатства, однако большая часть населения не имеет скольконибудь значительных накоплений. Большинство людей сразу же тратят все, что зарабатывают, из отвращения к сребролюбию то ли как таковому, то ли к неправедному использованию богатства. Однако богатство может поддерживать семейную преемственность, обеспечивать статус и власть. В новейшую эпоху люди стали меньше заботиться о накоплении богатств для своих детей. Это связано с существованием страховых компаний, пенсионных фондов и налогообложения, а также с географической, профессиональной и брачной мобильностью населения. И все же люди, добившиеся определенного положения в обществе, обычно стремятся обеспечить такое же положение для своих детей. Особое значение придают тому, чтобы передать по наследству недвижимость и другую ценную собственность. Некрых людей накопление богатства привлекает потому, что им нравится преодолевать трудности и побеждать. Человек, заключивший удачную сделку, порой испытывает такое же моральное удовлетворение, какое испытывают от своей творческой деятельности поэты и ученые. Для такого предпринимателя приятнее приобретать богатство, чем использовать его. Владелец процветающего предприятия, доминирующего на рынке, в какойто мере отождествляет себя со своим богатством и бизнесом. Его деловые успехи сопровождаются накоплением богатства и увеличением личного влияния. Осуществление масштабных проектов, реализация собственных идей, желание принести благо человечеству побуждают многих христиан тратить энергию, деньги и время на то, чтобы обрести влияние и власть в к.л. сфере. Отношение человека к богатству определяется его мировоззрением и жизненной позицией. Аристотель и Фома Аквинский сформулировали дуалистический взгляд на эту проблему, противопоставив духовность практическим интересам. Те, кто придерживается такого взгляда, считают высшей целью человека духовное единение с Богом, а к богатству относятся с некрой долей презрения. По их мнению, накопление материального богатства сверх минимума, необходимого для поддержания жизни, может повредить отношениям с Богом. Стремление к наживе оскверняет человека, и он должен умертвить его в себе. Однако эта доктрина, предполагающая антагонизм между духом и богатством, едва ли справедлива в конечном счете, ее следует признать антихристианской. Некрые люди, принимающие такой дуалистический взгляд, считают дух чем-то неясным и нереальным, а деловую активность они, напротив, считают реальностью. С их точки зрения, богатство реально, но мертво и инертно, ибо оно никак не связано с духовной стороной жизни. Поэтому его следует лишь использовать или уничтожать. Такое отношение к физическому миру предполагает уничтожение богатств земли. Лишь обновив свой разум, мы сможем искренне и радостно покаяться в своем антихристианском отношении к богатству, в осквернении окружающей среды и презрении к Божьему миру. Существует также мнение, что все мы участвуем в неостановимом эволюционном процессе, к-ром у и призвано служить всякое богатство. Следует развивать лишь лучшие, одобренные многими поколениями феномены цивилизации. Впрочем, сторонники данного взгляда иногда выражают опасение, что избыток богатства затормозит творческое развитие человечества и приведет к застою и деградации. При этом указывают на вульгаризацию вкусов общества, атрофию совести и всеобщую погоню за сиюминутными чувственными удовольствиями. Христиане, однако,объясняют все это не чрезмерным накоплением богатств, атем, что люди отвернулись от Бога. Христиане помнят, что Бог, сотворив небо и землю, признал свое творение благом. Земля полна красоты и добра, ибо она порождена любовью святого Бога. Дух и богатство включены в единый поток жизни, и антагонизма между ними нет. В Иисусе Христе всякое богатство чисто и не менее, чем дух, достойно уважения. Материальное богатство призвано обеспечить нам изобильную и благополучную жизнь. Дух Божий присутствует во всех делах христианина, и поэтому христианин становится благословением для всех людей. Господь благословляет все, к чему прикасаются Его дети. Помня о нуждах своих ближних, христианин честно трудится ради Господа и считает все проявления жизни священными. Осознав, что Бог присутствует во всем творении, в т.ч. и в богатстве, человек избавляется от чувства вины, связанного с накоплением и использованием богатств. Христианин воспринимает человеческие страсти не как противоположность духовной жизни, а как средство, позволяющее нам стать в полной мере людьми. Пользуясь богатством, мы приучаемся отличать низкие страсти плоти от чистых страстей духа. Дж. Уэсли призывал христиан: "Приобретайте, сколько можете, сберегайте, сколько можете, отдавайте, сколько можете!" Такой христианский подход делает наше отношение к богатству свободным и побуждает нас помогать обездоленным, чтобы приблизить приход Царства Божьего. Богатый человек может избрать ту или иную форму хранения богатства, в зависимости от своих целей. Этих форм пять: (1)деньги, (2)ценные бумаги, (З)акции, (4)физические предметы и (5) людские ресурсы. Преимущество денег в их ликвидности. Ценные бумаги (долговые расписки и т. п.) могут приносить своему владельцу и доходы, и убытки (если их невыгодно продать). Цель человека, вложившего свои средства в акции, получение дивидендов и накопление капитала. Польза от обладания физическими предметами (произведения искусства, мебель, автомобили и т.д.) может быть самой различной. Инвестирование средств в людские ресурсы (через образование или здравоохранение) повышает производительность труда и потенциальный доход. Деньги. Деньги это форма богатства, края служит для временного приобретения власти. Используются они для уплаты долгов и приобретения товаров и услуг, поскольку всем известно, что эти же деньги можно снова употребить в аналогичных обстоятельствах. Это позволяет избежать сложных бартерных сделок. Когдато люди использовали в качестве денег скот, соль, ракушки, сигареты, коньяк и даже женщин, однако чаще всего такую роль играли драгоценные металлы, в первую очередь золото. По Библии мы можем проследить долгую историю применения серебра и золота в качестве форм накопления богатства. В Конкорданции Стронга перечень упоминаний серебра занимает три колонки, а перечень упоминаний золота три с половиной колонки. В Быт особо говорится о золоте страны Хавилы. Бог хочет, чтобы люди признали особые качества этого дара, ценимого почти повсеместно. Золото было одним из трех даров, принесенных волхвами младенцу Иисусу. Золото высший земной стандарт, по к-ром у мы можем распознавать суды Божьи. Даже Новый Иерусалим будет построен из золота. Со времен Эдема до времен Нового Иерусалима золоту суждено оставаться одной из самых ценных форм богатства. Деньги, несмотря на их особые качества, зависят от рыночной конъюнктуры, и их полезность и ценность в разных ситуациях различна. Все формы богатства, включая золото, не имеют абсолютной ценности и подчиняются законам, крые установил Бог. К примеру, ослабление веры в рыночные институты и общей уверенности людей в завтрашнем дне немедленно отражается и на их отношении к деньгам. То, что раньше было ценным, теряет всякую значимость. Это свидетельствует о том, что в экономике нет абсолютного, универсального средства "хранения ценностей". Наша земная жизнь полна неопределенности, и при тех или иных обстоятельствах любая форма богатства, даже золото, может потерять свою ценность. Именно это имел в виду Христос, когда призывал нас собирать сокровища на небесах, ибо лишь такие богатства вне опасности. Общественное богатство. Экономическое развитие началось тогда, когда Бог изгнал Адама из Эдемского сада и повелел ему обрабатывать землю, в поте лицадобывая пропитание. Чтобы облегчить бремя этого проклятия, Адам и его потомки стали применять для охоты, возделывания земли и строительства жилищ каменные и металлические орудия. Прогресс был медленным, но со временем люди научились использовать вместо своей мускульной силы естественные источники энергии, а также объединяться для совместного труда. Однако возникавшие цивилизации гибли в результате войн, эпидемий и истощения природных ресурсов. В XV в. в Италии для деловых записей были введены арабские цифры и двойная бухгалтерия. В том же веке появились акционерные общества, фондовые биржи и депозитные и кредитные банки, призванные отделить собственность от управления деловой активностью. Это облегчило передачу собственности и создало механизм выплат и ссуд. Впрочем, подобные нововведения, стимулируя общее экономическое развитие, в то же время затемняли представление среднего человека об основах экономической жизни. Следующей ступенью в развитии акционерных обществ стало возникновение в 1850е гг. товариществ с ограниченной ответственностью, в крых риск и ответственность инвестора соотнесены с его долей собственности. Собственность была разделена на мелкие доли, с участием большого количества лиц. С 1890х гг. инвестиционные банки стали гарантировать клиентам выплату средств в определенное время, независимо от того, проданы или нет соответствующие ценные бумаги. Это позволило привлекать капитал для финансирования крупных предприятий, продавая акции множеству вкладчиков. Результатом стал беспрецедентный экономический рост. Современные финансисты, имеющие дело лишь с бумагами, живут в мире символов. В этом мире чрезвычайно важным фактором оказывается реакция других финансистов. Фактор этот важен потому, что на рынке непосредственно фигурируют бумаги, а не реальные ценности. Рынок бумаг характеризуется ликвидностью; права на использование бумаг и получение дохода от них постоянно подвергаются переоценке. За последние двести лет люди научились организовывать производство на фабриках, применять пар и воду для получения энергии и использовать новые финансовые институты в целях прогресса. Однако главным фактором, обеспечившим практическое применение человеческого интеллекта и энергии, стала беспрецедентная свобода предпринимательства. В частности, в Соединенных Штатах после получения независимости были сняты вековые ограничения индивидуальной свободы,что привело к небывалому росту материального благосостояния. Свобода выбора стимулировала производственную деятельность и экономическое развитие. В условиях свободного предпринимательства разнообразие продуктов и услуг, доступных населению, постоянно возрастает благодаря научным открытиям, экспериментам и всевозможным рискованным мероприятиям. Возможность обогащения побуждает людей изобретать новые товары и более эффективные способы производства. У каждого есть шанс и причина применить новые идеи, тогда как конкуренция заетавляет менеджеров совершенствовать производственные процессы. Рабочие свободны наниматься к любому работодателю, а работодатели свободны выбирать для своих предприятий производственный профиль и технологию, персонал и географическое расположение. Потребители свободно выбирают товары и тем самым решают, какие именно товары и в каком количестве будут производиться. Бизнесмены должны считаться с их выбором или сойти со сцены. Свобода предпринимательства никогда и нигде не была безграничной, но наиболее быстрый экономический рост имел место в тех странах, гдеонаоказывалась максимальной. Почему именно в Америке эта свобода проявилась в такой полноте? Ф. Шеффер объясняет это тем, что библейское учение Реформации не только привело человека к Богу через Иисуса Христа, но и сумело обеспечить политическую и экономическую свободу, не погрузив обществовхаос. Хотя многие отцыоснователи США не были христианами, они действовали внутри христианской системы. Конституция США, в соответствии с библейским учением, позволяет любому гражданину оспаривать правоту болыпинства. Большинство не должно считать себя абсолютным авторитетом. Т.о., жизнь общества ориентирована на библейское учение. И все же эта свобода не приводит к хаосу, ибо она основана на библейском консенсусе. К сожалению, богатство, накапливавшееся в Англии и Америке в условиях свободы со времен промышленной революции, не использовалось милосердно. Промышленное развитие сопровождалось эксплуатацией женщин и детей, возникновением трущоб и ростом имущественного неравенства. Общество производило достаточно товаров для удовлетворения основных потребноетей всех людей, но это не обеспечило богатства каждому. Благосостояние большинства повысилось, но достоинство многих пострадало. Возникли новые проблемы, в частности безработица и экономические кризисы. Индивидуальная благотворительность не могла коренным образом изменить ситуацию. К сожалению, церкви хранили молчание и не напоминали людям о том, что Библия учит нас использовать богатство милосердно. Указывая на негативные стороны свободного экономического развития, многие утверждают, что нам не удалось обеспечить реального экономического прогресса и что все наши достижения под угрозой. Утилитаризм И. Бентама и учение Т. Мальтуса и Д. Рикардо о том, что бедность неизбежна, стали вызовом библейскому учению о милосердном использовании богатства. В сер. XIX в. Дж. С. Милль и К. Маркс пришли к выводу, что существующие условия оставляют мало надежд на то, что положение масс улучшится. Милль не видел никакого выхода, Маркс же призвал к революции. Ок. 1870 г. Г. Джордж выдвинул тезис о том, что богатство порождает бедность. В 1930е гг. многие объясняли возникновение экономических кризисов тем, что наша экономика достигла "зрелости" и исчерпаласвой потенциал. Если бы в этот период Церковь проявила верность библейскому учению, она сумела бы сохранить влияние на рабочих и интеллектуалов. Если бы Церковь возвысила свой голос против злоупотребления богатством, она смогла бы предотвратить торжество концепции "выживания сильнейших". С другой стороны, реальные и прогнозируемые злоупотребления и всеобщее недоверие к предпринимателям привели к усилению государственного регулирования. За последние пятьдесят лет государственное регулирование породило целый ряд новых проблем, ограничив дарованную Реформацией свободу и сократив экономический рост. Заключение. Поскольку Бог сотворил мир и все, что его наполняет, богатство часть Божьего творения; следовательно, богатство само по себе не есть зло, с крым надо бороться. Библия часто называет богатство Божьим благословением и знаком милости Божьей. Однако мы живем в падшем мире; это отражается и на богатстве. Если богатство используется для эксплуатации, господства и подавления, оно становится величайшим злом. В НЗ любостяжание приравнивается к идолослужению (Кол 3:5), а сребролюбие названо корнем всех зол (1 Тим 6:10). Библия призывает нас не заботиться об имуществе, не копить богатств на земле, где их истребляют моль и ржавчина. Отец наш небесный знает наши нужды. Живем ли мы в изобилии или в бедности, мы должны довольствоваться тем, что дарует нам Его рука (Флп 4:1113). D.K. ADIE(nep. А. Г.) Библиография: ?. von BohmBawerk, Capital and Interest, 3 vols.; C. Carter, Wealth, an Essay on the Purposes of Economics: J.B. Clark, The Philosophy of Wealth; R. R. Doane, The Anatomy of American Wealth; R.T. Ely, Property and Contracts in their Relations to the Distribution of Wealth; I. Fisher, The Nature of Capital and Income; M. Friedman, The Optimum Quantity of Money and Other Essays; R. W. Goldsmith and R.E. Lipsey, Studies in the National Balance Sheet of the United States, 2 vols.; R.J. Lampman, The Share of Top WealthHolders in National Wealth 192256; G. North, The Dominion Covenant: An Economic Commentary of the Bible; F. A. Schaeffer, How Should We Then Live? }.A. Schumpeter, History of Economic Analysis; E. L.H. Taylor, Economics, Money and Banking.

Смотреть больше слов в «Теологическом энциклопедическом словаре»

ДОКЕТИЗМ →← ДОЙЕВЕРД, ГЕРМАН

T: 0.179112634 M: 3 D: 3